Все дороги ведут в театр

Все дороги ведут в театр
07.06.2019

Актерская профессия считается одной из самых притягательных для творчески одаренных молодых людей. Имеется немало примеров, когда лицедейство захватывало нескольких членов семьи. О том, как это происходит, мы поинтересовались у братьев Сергея и Дмитрия МАШТАКОВЫХ, которые смело воплощают образы романтических и брутальных героев в популярных спектаклях Государственного академического русского театра драмы имени М. Горького.

— Сергей, Дмитрий, расскажите, каким образом складываются отношения близких родственников в театре и за его пределами.

Сергей (на фото справа): Конечно, как бы не хотелось дома не говорить о театре, но при встречах, сами того не замечая, обсуждаем какие-то рабочие моменты. В основном, спорные вопросы решаются мирно. Стараюсь не давить авторитетом как старший брат, но не всегда получается убедить Диму. Просто в таких случаях надо поменять тему разговора.

Дмитрий (на фото слева): Да, в нашем случае получается, что все дороги ведут в театр. Я часто приезжаю к брату посоветоваться, как создать нужный образ. Он опытный артист и помогает разбирать роли, объясняет тонкости. За это ему очень благодарен. И даже если я сначала не соглашаюсь, говорю «нет», то потом все обдумываю и анализирую. В результате он оказывается прав.

— У вас актерские способности проявлялись с детства?
Сергей: Наши родители не из творческой среды, мама по образованию бухгалтер, а отец строитель. У нас в Шортандинском районе Акмолинской области никакого драматического театра не было. Признаюсь, до прихода в университет был в театре всего один раз, в детстве. Тогда нас, младшеклассников, возили в город на сказку. Постановка произвела на меня большое впечатление. Позже появился КВН, тогда это было модно. Со своей командой мы ездили на областные соревнования. Кроме того, приобщиться к творчеству мне и многим ребятам из сел помог республиканский Союз детских общественных организаций «Жулдыз» и лично Елена Дмитриенко, которой я хочу выразить отдельную благодарность. Выпускниками «Жулдыза» являются также актеры нашего театра Данил Хомко, Максим Ященко. В то время в Союзе проводилась большая общественная работа, жизнь кипела, по сути, была целая молодежная субкультура.
Дмитрий: Собственно говоря, в театр мы попали благодаря КВН. Поскольку Сергей был всецело увлечен игрой, мне тоже захотелось выступать на сцене. Так получилось, что я везде следую за братом, сначала за ним уехал учиться в Степногорск, затем поступил в столичный университет «Шабыт». Мне кажется, что если бы мой брат пошел учиться на хирурга, то я тоже устремился бы в медицинский или вслед за ним стал железнодорожником.

— Какое представление об актерской профессии у вас было до обучения в Казахском национальном университете искусств?
Сергей: В Степногорске тоже был театральный кружок, но мне там ужасно не нравилось. Я думал, что и в театре так же скучно. Считал, что быть кавээнщиками намного круче, ведь мы были чемпионами Акмолинской области. Нас узнавали на улицах, встречали как настоящих звезд. Хотя впоследствии опыт участия в юмористичес­кой игре даже немного помешал. На курсе актерского мастерства Юрий Ханинга-Бекназар жестко отчитывал меня, требовал убирать из образов КВН. Мне казалось, что зрители приходят посмеяться, и нужно быть смешным, веселым и энергичным на сцене. Но мэтр объяснил, что КВН и театр — разные вещи. Театр — искусство более высокого уровня.

— Какие моменты из студенческих лет вы можете выделить особенно?
Сергей: Наверное, первый курс можно назвать настоящей адской школой жизни. Я никогда не думал, что может быть так сложно и так фантастически интересно, несмотря на то, что мы приходили рано утром и уходили поздно вечером. Ну ладно мы, а ведь нашим преподавателям надо было идти домой, к семьям… Однако они разучивали с нами тексты, занимались актерским мастерством до позднего вечера. Наши учителя беззаветно преданы профессии. А среди студентов ходила такая шутка, что на первом курсе вы — звезды, на втором — заслуженные деятели, на третьем — народные артисты, а на четвертом курсе приходит понимание, что ты ничего из себя не представляешь в профессии. И ты понимаешь, что надо много работать и заниматься самообразованием, чтобы достичь успехов. Я своим педагогам безмерно благодарен, что поверили в меня и дали шанс.

Дмитрий: Что касается меня, то я учился у Куралай Ешмуратовой. И уже с первого курса был задействован в массовке в спектакле «Султан Бейбарс». Затем Игорь Седин ставил свою дипломную работу, позже Юрий Ханинга-Бекназар ставил спектакль «Милости просим, господа неверующие». Таким образом, будучи студентом внедрился в театр.

— Как вас встретил коллектив старейшего театра столицы?
Дмитрий: Нам повезло, мы начали работать здесь будучи студентами. Вначале были заняты в массовых сценах, и переход от подработки к работе был плавным, в театре сразу стали своими. В самом начале я был занят в спектак­ле «Плоды просвещения», где сыграл эпизодическую роль — продавца платьев. У меня было всего три слова: «Я от Бурдье», но зрители запомнили эту эпизодическую роль. Затем мне доверили образ Бенволио в спектакле «Ромео и Джульетта», который стал моей первой серьезной работой. Сегодня, играя на одной сцене с Сергеем Матвеевым, Натальей Косенко, смотрю, как играют настоящие мастера. Хочется постоянно у них учиться, перенимать опыт. И они помогают в плане актерского ремесла.

Сергей: К слову, о «звездности». В начале четвертого курса нас взяли с театральной труппой на недельные гастроли в Шымкент. В университете об этом мы не сообщили, возомнили себя крутыми артистами академического театра. По возвращении на собрании в деканате, когда нас отчитывали за прогулы, мы искренне недоумевали: что вы от нас хотите, мы уже звезды Шымкента, ничего, что в массовке. Так входили в профессию. Начинали работать в детских спектаклях, сначала я успешно воплотил образ «гриба» в спектакле «Жили-были две лисички». Позже сыграл одну из главных ролей в комедии «Кьоджинские перепалки».

— Сергей, сложно ли вам было воплотить противоречивый образ Жоламана в постановке «Манкурт. Вечный раб»?
Сергей: Мир больше не будет другим после работы с режиссером Барзу Абраззаковым. Поначалу было непонятно, что хочет режиссер, казалось, что это очень тяжело, но потом он доступно все объяснил, разложил по полочкам. Наверное, за восемь лет моей службы в театре это был самый эмоционально сложный спектакль, но я получил колоссальное удовольствие. Когда мы разбирали сцену, где манкурт Жоламан разговаривает с верблюдами, я подумал, что тут нужен какой-то особый язык для его общения с животными. Посмотрел в Интернете доклад Хрущева о разоблачении культа личности Сталина и перевернул первые слова в обратную сторону. Я знал, что такая импровизация понравится режиссеру.

— Расскажите, что вам дал опыт участия в кинопроектах.
Дмитрий: У меня был опыт работы в массовых сценах в проекте Егора Кончаловского. Он случайно узнал, что мы учимся на актерском факультете и предложил нам поучаствовать в съемках. Я был студентом, нам заплатили хорошую сумму. Там была скрытая реклама, после съемок эту продукцию отдали нам. Мы принесли ее в общежитие и с удовольствием съели.

Сергей: Создатели сериала «Ничего личного» после посещения репетиции «Кьоджинских перепалок» пригласили меня на пробы в Казмедиацентр. Там при входе выдают пропуска, режиссер Станислав Булов, увидев мой пропуск, очень удивился. Оказалось, что у моего персонажа фамилия Маштаков. Вот такое совпадение. Съемочная группа, которая приехала из Москвы, снимала популярные комедийные российские сериалы, такие как «Кухня», «Интерны» и «Универ» — команда профессионалов высокого уровня. Мы до сих пор с ними общаемся. Но для меня кино не такое элитарное искусство, как театр. Сегодня становятся популярны концептуальные иммерсивные представления с элементами присутствия. Это просто космос.

— Какую роль играет критика в жизни творческих людей?
Сергей: Конечно, бывает, после завершения спектакля мы думаем о том, как выступили. Я всегда нахожу поддержку в лице родственников, мамы, папы, жены. Безусловно, наши главные критики сидят в зале. По глазам зрителей сразу заметно, зацепили мы их или нет, нам становится понятно, с каким ощущением публика уходит со спектакля.

Фото предоставлены пресс-службой театра

 

Дана Аменова

«Вечерня Астана» http://vechastana.kz/vse-dorogi-vedut-v-teatr/